Page 1 Fasebook Group 4 Group 3 Group 8 Group 7 Image 2 Group 34 Group 47 tw vk YouTube

Мечты и мечтатели

Первые полеты в космос в середине XX века были построены на мощной теоретической и практической базе. Целые поколения российских философов, художников, инженеров мечтали о полетах в космос, писали о нем, и не мыслили без него будущего. Столетие назад наш великий соотечественник Константин Циолковский, мечтатель и провидец, естествоиспытатель и изобретатель, предполагал, что задача достижения Луны и ближайших планет решится за несколько поколений. Он и его единомышленники вдохновили целую плеяду молодых талантливых конструкторов, от Фридриха Цандера и Валентина Глушко до Сергея Королёва, которые начали практические работы по ракетостроению уже в 30-х годах, быстро добились заметных успехов и превозмогли земное притяжение всего за пару десятков лет. Но путь их был нелегок.

Личная кружка С.П. Королева из лагеря на Колыме, 1939 г.

Сергей Павлович Королев, будущий советский ученый и конструктор, академик АН СССР (1958), организатор ракетной и космической программ, родился в 1907 году в Житомире. Сергей Королев еще в детстве познакомился с летчиками гидроотряда и начал активно участвовать в авиационной общественной жизни (с 16 лет — как лектор по ликвидации авиабезграмотности, с 17 — как автор проекта безмоторного самолета К-5, официально защищенного перед компетентной комиссией и рекомендованного к постройке).

В 1926 году участвовал в организации первой в стране планерной школы в Москве. Окончив ее, стал инструктором и испытателем планеров. Уже с четвертого курса (МВТУ) Сергей Королев совмещал учебу с работой в конструкторских бюро. С 1927-го четыре года подряд участвовал во Всесоюзных планерных состязаниях в Коктебеле. Именно там Королев представил в 1929 году свой первый планер-паритель СК-1 «Коктебель», на котором сам же и показал наибольшую продолжительность полета — 4 часа 19 минут. В тот же 1929-м Сергей Королев посетил в Калуге К.Э. Циолковского, чтобы проконсультироваться по вопросу полета планера на сверхдальность, но ученый посоветовал Королеву заняться решением проблемы космического полета и порекомендовал обратиться к инженеру Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ) Ф.А. Цандеру.

В сентябре 1931 года в системе Осоавиахима создается Группа изучения реактивного движения (ГИРД) во главе с Цандером, в задачи которой входили разработка и испытание экспериментального ракетоплана РП-1 с жидкостным ракетным двигателем (ЖРД) ОР-2. В 1932-м Королев организовал свое первое конструкторское бюро, тоже называвшееся ГИРД.

В июне 1938 года был арестован за участие в «троцкисткой организации» и осужден на 10 лет. В 1940-м конструктор Туполев вытащил его в свою «шарашку» — конструкторское бюро, в котором работали заключенные. Сразу после войны, в 1946 году, был создан НИИ реактивного вооружения, одним из главных конструкторов которого был назначен Сергей Королев. До первых полетов в космос оставалось всего 10 лет.

Из частной коллекции Н.С. Королевой

Модель двигателя ОР-1, 1963 г.

Этот реактивный двигатель в 1929–1932 годах разработал Фридрих Артурович Цандер — изобретатель, ученик и соратник К.Э. Циолковского в теории межпланетных перелетов и ракетных двигателей. ОР-1 был создан на основе паяльной лампы, которую пришлось дооборудовать специальным соплом. Двигатель работал на смеси сжатого воздуха с бензином и развивал тягу до 145 гс. Позднее Цандер построил гораздо более совершенный ОР-2, в котором уже использовался жидкий кислород, а проектная тяга составляла 50 кгс. Оба двигателя так и остались экспериментальными, однако разработки Цандера использовались при создании ракетного двигателя 10 для первой советской жидкостной ракеты ГИРД-Х. Ее запуск состоялся 25 ноября 1933 года. К сожалению, сам Цандер до этого не дожил: почти годом ранее он скончался от тифа.

Из коллекции Государственного музея истории космонавтики им. Циолковского, Калуга

Корабль межпланетный Циолковского К.Э. Макет. 1963 г.

Модель этого корабля была создана на основе многочисленных описаний и зарисовок, опубликованных в работах К.Э. Циолковского в 1896–1923 годах. Корпус межпланетного корабля разделен на две основные части: двигатель с топливными баками и жилая зона. Каждый из них, в свою очередь, делится еще на два отсека. В самом верхнем хранятся запасы еды и воды, там же находится ручное управление, скафандры и шлюз для выхода в открытый космос. В следующем отсеке установлены противоперегрузочные ванны, заполненные жидкостью определенной плотности — она должна была нейтрализовать вредное воздействие ускорения. В двух нижних отсеках располагаются соответственно насосы для подачи компонентов топлива, баки с горючим и окислителем, а также камера сгорания, которая в оригинальных работах называлась взрывной трубой.

Из коллекции Политехнического музея

Корабль межпланетный Циолковского К.Э. и ракета ГИРД-Х

Ракета ГИРД-Х. Макет. Масштаб 1:1

Знаменитая первая советская ракета с жидкостным реактивным двигателем была создана в Группе изучения реактивного движения (ГИРД) под руководством С.П. Королева в начале 1930-х годов. Она оснащалась двигателем 10, построенным на основе разработок Ф.А. Цандера. Двигатель 10 работал на этиловом спирте и жидком кислороде и развивал тягу до 70 кгс. Фактически он был продолжением серии двигателей ОР, начатой в 1930 году. Первый запуск ГИРД-Х состоялся 25 ноября 1933 года. Он начался успешно: ракета вертикально поднялась на высоту более 70 метров. Однако пуск закончился неудачей: из-за поломки крепления двигателя ракета отклонилась от курса и упала неподалеку от точки старта.

Из коллекции Политехнического музея

Модель «Двигатель ракетный жидкостный ОРМ-65 (опытный ракетный мотор) в разрезе». Масштаб 1:1. СССР, Московская область, г. Химки. 1964 г.

Двигатель ОРМ-65 был разработан в 1936 году в Реактивном институте НИИ-3 под руководством В.П. Глушко. В серии из 102 двигателей ОРМ-65 оказался наиболее удачной версией. Он был оснащен пиротехническим поджигом, работал на смеси азотной кислоты и керосина. Его максимальная тяга составляла до 175 кгс. Двигатель разрабатывался для использования в ракетоплане РП-318, а также в баллистической ракете 212. В 1936–1938 годах прошли стендовые, а в 1939-м — летные испытания, по результатам которых ОРМ-65 был признан одним из наиболее удачных советских двигателей своего времени, даже несмотря на то, что в финальной версии ракетоплана РП-318 его сменил модифицированный «преемник» РДА-1−150.

Из коллекции Политехнического музея